воскресенье, 1 сентября 2019 г.

Легальное пиратство под британским флагом

Не романтики с большой дороги...

Пираты с разрешения британской короны

energa 17.02.2017 История

Оригинал взят у masterok в Ненастоящие пираты




Для начала давайте вспомним вот что …

Треуголка, повязка на глазу и попугай на плече – так мы привыкли представлять себе пирата. Но весь этот антураж происходит из одной-единственной книги, изданной в 1724 году в Лондоне. В книге описаны похождения многих известных пиратов – Черной Бороды, Израэля Хэндса, Бартоломью Робертса и т.д.

Именно благодаря этой книге мы сейчас уверены, что пираты обязательно должны быть одноногими или одноглазыми, они постоянно ищут сокровища и плавают под веселым Роджером. Хотя даже согласно книге Джонсона свой флаг «веселым Роджером» называли всего два пирата – Фрэнсис Сприггс и Бартоломью Робертс.

Книга была очень популярной в 18-19 веках и несколько раз переиздавалась. Именно ей руководствовались писатели, создававшие романы о пиратах, в том числе – автор «Острова сокровищ» Роберт Льюис Стивенсон.

Так что это за книга ?


Всеобщая история грабежей и смертоубийств, учинённых самыми знаменитыми пиратами (англ. A General History of the Robberies and Murders of the Most Notorious Pirates) — книга, изданная вЛондоне в 1724 году

Книга издана автором, взявшим себе псевдоним Чарльз Джонсон. Наиболее вероятным «претендентом» на авторство данной книги является Даниель Дефо.

Первое издание «Всеобщей истории грабежей и смертоубийств, учинённых самыми знаменитыми пиратами» вышло в свет весной 1724 года в лондонском издательстве Томаса Уорнера, и в мае поступило в продажу в книжный магазин Чарльза Ривингтона, располагавшийся неподалёку от Собора Св. Павла. 

Книга была небольшой по формату (1/8, octavo), была оформлена в простой кожаный переплёт и выглядела довольно скромно по сравнению с другими изданиями, и проиллюстрирована тремя гравюрами с портретами наиболее знаменитых пиратов, в частности Чёрной Бороды и Робертса Бартоломью.

Несмотря на скромный внешний вид, книга капитана Чарльза Джонсона имела успех и весь тираж разошёлся довольно быстро. 

Через несколько месяцев появилось второе издание, в 1725 году — третье, а в 1726 году — существенно дополненное четвёртое, вышедшее уже в 2 томах и включавшее биографии ещё 12 пиратов

Интерес публики к книге вдохновил автора на расширение её содержания и публикацию в 1734 году «Всеобщей истории жизни и приключений самых знаменитых разбойников, убийств, грабителей и т. д., с добавлением достоверного описания плаваний и разбоя самых известных пиратов».

Среди историков пиратства широко распространённым является мнение о том, что Джонсон своей «Всеобщей историей пиратства…» создал концепцию пиратства, существующую до настоящего времени, и всесторонне описал период, получивший позднее название золотого века пиратства

Опираясь на его «Всеобщую историю…» писатели, начиная с Вальтера Скотта (роман «Пират») создали знакомый ныне всем образ пирата, сочетающий реальные и вымышленные черты с рядом непременных атрибутов: чёрная повязка на глазах, бандана в качестве головного убора, зарытые клады, «Весёлый Роджер» и многие другие.




Приватиров и буканьеров часто называют «пиратами», что не совсем корректно. 

Объясняем, в чем разница. Приватиры (они же каперы или корсары) использовали частные суда (отсюда и название — private, «частный») для нападения на иностранные корабли с официального разрешения правительства. 

По сути это было легальным пиратством в Карибском бассейне под британским флагом

Уже в 16-м веке многие британские суда имели документ, разрешающий атаковать, грабить и захватывать суда других стран — и в первую очередь испанские. Часть добычи они должны были отдавать правительству, остальное оставляли себе. Однако если приватиры попадались в руки противнику, то их судили и казнили как пиратов. [ Вполне вероятно, что весь Мир воспринимал вообще всех британцев как пиратов за их беспардонное поведение ]

Самый известный приватир — Френсис Дрейк, первый англичанин, совершивший кругосветное мореплавание. 

В ноябре 1577 года по приказу королевы Елизаветы Френсис Дрейк отправился к тихоокеанским берегам Америки. Официально считалось, что это путешествие «с целью открытия новых земель», но основной задачей было нападение на испанский флот и возвращение в Англию с награбленным

Помимо того что ему действительно удалось совершить несколько географических открытий и объявить часть североамериканских территории британскими. 

Френсис Дрейк привез на родину клубни картофеля и такое богатство, стоимость которого вдвое превышала ежегодный доход английского королевства. 

За эти заслуги перед отечеством приватир Френсис Дрейк был посвящен королевой Елизаветой в рыцари. 

Неудивительно, что многие стремились к его славе, но со временем превратились в обычных кровожадных грабителей. [ Они такими и были на самом деле. ]




Буканьеры же в своей массе — это люди вне закона, либо моряки-дезертиры, либо беглые рабы. 

Сперва они зарабатывали на жизнь тем, что готовили мясо и продавали его рыбакам. Их история сохранилась в самом слове — buccan означает деревянную раму, на которой коптили мясо. 

Довольно быстро от мирной торговли буканьеры перешли к захвату судов. Нападали они, как правило, из джунглей: когда чей-то корабль оказывался поблизости, несколько буканьеров прыгали в шлюпы и подбирались к цели. 

Основной базой буканьеров была территория современных Гаити и Доминиканской Республики. Позже они были изгнаны с островов испанцами и перебрались в район Ямайки

Некоторые буканьеры в последствии перешли в статус приватиров, получив «лицензию» английской короны.

[ Похоже, что британской короне давно уже наплевать, кто и как приносит ей драгоценности. Хоть самый отъявленный головорез. А почести убийцы и грабители получают за размер награбленного в пользу британской короны. По сути это притон. ]





Даниэль Монбар, французский буканьер, прославился своей жестокостью и лютой ненавистью к испанцам. 

Любопытно, что месье Монбар родился в богатой семье в Лангедоке, был прекрасно образован и воспитан как джентльмен. 

Ненавистью к испанцам юный Даниэль воспылал после прочтения красочных рассказов, которые живописали жестокость конкистадоров. Начитавшись о злодеяниях испанцев, Монбар покинул родную землю и отправился защищать коренное население Нового Света. Вместе со своим дядей он начал службу в королевском военном флоте Франции, но прослужил недолго — довольно быстро их судно было потоплено. Кем? Разумеется, испанцами.

После этого Монбар оказался на острове Тортю в Карибском море и присоединился к буканьерам и вскоре стал капитаном. 

Несмотря на свое благородное происхождение и воспитание, Монбар отличался истинной пиратской жестокостью. [ Сейчас можно утверждать, что "благородное воспитание" тех времён даже способствовало жестокости. ] 

Награбленное его не особенно интересовало — истинное удовольствие он получал от расправы над испанцами. Вот один из излюбленных методов пыток: вспороть живот, вытащить толстую кишку из брюшной полости, прибить к дереву и заставить пленника танцевать, поколачивая несчастного горящим поленом.

Познакомьтесь еще с обобщенной историей пиратства, а так же вспомните, кто такой Эдвард Тич, он же капитан Флинт и кто был Джентльменом среди пиратов


---




Из Википедии:

Слово «капер» — наиболее раннее, оно вошло в употребление в странах Средиземноморья около IX века. 
Термин «корсар» появился значительно позже, начиная с XIV века, он произошёл от итальянского «корса» и французского «ля корс». В средние века употреблялись оба названия. 
Слово «приватир» появилось ещё позже (первое употребление датируется 1664 годом) и пошло от английского «privateer»
Часто термином «приватир» хотели подчеркнуть английскую национальность капера, в Средиземноморье он не прижился, всякого капера там по-прежнему именовали корсар (фр.), корсаро (ит.), корсарио (исп.), корсари (португ.).

Словом «печелинги» или «флекселинги» в XVI—XVII вв. называли каперов, состоявших на голландской службе, термин этот, в основном, имел хождение в северных водах Европы начиная с 1570-х годов. Позже он перекочевал и в Новый Свет. Оба названия пошли от основной морской базы голландских каперов — порта Фли́ссинген.

Список наиболее известных каперов включает в себя следующие персоналии:




Происхождение каперства

Изначально допускалось, что частное лицо, материально пострадавшее от иностранцев, могло самочинно взыскивать ущерб с их соотечественников (что в средние века получило название репрессалий). 

Первый пример такого рода репрессалий на море содержится в описании путешествия египетского жреца Уну-Амона (XII век до н. э.): в ханаанском городе Дор (современный Израиль), принадлежавшем «народу чекер» (возможно, тевкры или сикулы), Уну-Амон был ограблен капитаном своего корабля, которого отказался выдать градоправитель Дора; Уну-Амон вознаградил себя тем, что ограбил первый встречный чекерский корабль.

Начиная с XII века государства каперство позволялось лишь с особого правительственного разрешения (грамота на репрессалии — фр. lettre de représailles). 

Выдача таких разрешений для действия на суше прекратилась ещё в средние века, но из lettres de représailles развились каперские патенты (фр. lettre de marque, буквально грамота-отметка), с помощью которых правительства пытались контролировать действия своих подданных — частных судовладельцев, старавшихся во время войны между двумя государствами вредить неприятелю на море, причём захваченная ими морская добыча обращалась в их полную собственность.

В XV веке основные требования национальных законов о каперстве были подтверждены международными договорами, и к концу века такие нормы, как требование от каперов обеспечения, неприкосновенность приза до судебного решения и обязательная доставка его в порт, из которого вышел капер, становятся общими нормами международного призового права

Призом могло являться не только враждебное, но и нейтральное судно, если были основания подозревать, что оно осуществляло торговлю с враждебной державой или везло её товары. 

А поскольку призовые суды были национальными судами капера, положение капера перед таким судом в споре с нейтралами (выступавшими в роли истцов) было весьма выгодным. [ По сути это был узаконенный грабёж. ]

Поэтому в дальнейшем нейтральные державы положили много сил на то, чтобы добиться сужения и точного определения понятия «блокады».

Уничтожение неприятельской торговли

Когда во время морских войн XVII и XVIII в. одной из главных целей войны явилось уничтожение неприятельской торговли, каперы оказались наиболее пригодным для того орудием. 

Они же всего лучше могли противодействовать тому, чтобы воюющие не были вытеснены со всемирных рынков нейтральными. Поэтому не только неприятельские, но и нейтральные корабли предоставлялись на произвол и расхищение каперов.

Начиная с 1569 года, голландские каперы, известные в истории под именем гёзов, скитались по всем морям, повсюду захватывая купеческие корабли, но, главным образом, отправлялись к мысу Доброй Надежды для нападения на испанские суда во время их пути в Ост-Индию. 

С этого же времени выступают на сцену английские каперы, самым знаменитым из которых является Фрэнсис Дрейк. Его приватирский статус, впрочем, не был признан его жертвой — испанцами. Они настаивали, что Дрейк пират, чему способствовала непоследовательность по отношению к нему английской короны

Испания весь период не поощряла этой практики, Голландия сократила её со второй половины XVII века, Англия по окончании Семилетней войны, а Соединённые Штаты после войны 1812 года. [ Как мы знаем теперь, втихушку Британия и США продолжают практику пиратства и на море, и на суше до сих пор. Только делают это под благовидным предлогом. Например, санкции. ]

Резоны не применять пиратов для укрепления мощи военного флота:

Во-первых, каперство было прежде всего бизнесом, который, как всякий бизнес, стремился максимально увеличить прибыль и свести к минимуму риск. Поэтому естественной целью каперов были торговые суда, «купцы». В большинстве они были слабо защищены или не вооружены совсем. Та же логика заставляла каперов избегать встреч с регулярными боевыми кораблями, где только возможно.

Во-вторых, каперы строились и вооружались для набеговой тактики, где главным было запугать жертву и убедить её, что сопротивление бесполезно, ещё до боя. Против регулярного корабля эта тактика безусловно не годилась. Guerre de course, по определению, была и остаётся тактикой слабого.

В-третьих, даже когда обстоятельства принуждали к бою с регулярными кораблями, каперы оказывались в невыгодном положении. Они попросту не имели подготовки и дисциплины, необходимой для такого боя, да и не стремились к нему, даже когда превосходили противника в численности команд. Исключения, как Джон Пол Джонс, во всём стремившийся быть флотским офицером, или Сюркуф, достаточно решительный, чтобы насаждать среди своих людей дисциплину и военную подготовку, встречались буквально единицами. 

В-четвёртых, сами размеры, конструкция и вооружение каперов не способствовали их успехам против регулярного флота. Они были быстры, как правило перегружены парусами и людьми (необходимыми для абордажа и призовых команд), манёвренны, но при этом невелики, низкобортны, легко заливаемы, одним словом, слабо приспособлены для долгого крейсерства. Таким образом, они хорошо годились для нарушения судоходства, но не для борьбы с флотом и не для удержания контроля над морем.


---




Комментариев нет:

Отправка комментария